Закон защищает даже тех, кто переступает его черту. В этом в очередной раз убедились представители общественного совета при белогорской полиции. Они посетили изолятор временного содержания и пообщались с его “постояльцами”.
В изоляторе всегда светло, никогда не гаснет свет. Дежурные ходят по коридору круглосуточно, готовые в любой момент пресечь даже намёк на нарушение установленных правил. И общественники здесь - редкие гости: объект режимный. Но посещение следственного изолятора - одно из направлений их работы. Помещения ИВС располагаются на одном этаже. Вдоль коридора - несколько камер, расположенные в ряд. Через стену, во втором коридоре, ещё камеры. Там, как правило, отбывают свои 15 суток «административщики» - нарушители общественного порядка, ПДД, любители пьяной езды, мелкие хулиганы. Их размещают отдельно от подозреваемых и обвиняемых в уголовных преступлениях. Делается это для обеспечения безопасности и соблюдения процессуальных норм. В каждой камере минимальный запас удобств: санузел, умывальник, стол и нары. Всё прочно прикручено к полу. И ни для кого нет привилегий. Однако отношение ко всем ровное. Как говорят сами сидельцы - человеческое.
Засовы и замки - на каждой двери. Обход начинается со звона ключей, эхом летящего по коридору. Двери в ИВС всегда закрываются, правило «зайти на минуту» здесь не действует. Впрочем, жёсткие условия установлены не только для задержанных. Даже сотрудники, к примеру, не имеют права проносить с собой мобильные телефоны. Общественники тем более.
Спецконтингент - так называют тех, кто оказывается в белогорском ИВС. Большинство попадает сюда далеко не в первый раз. И, как правило, “сидят ни за что”. Вот и в первой камере, куда общественники заходят с сотрудниками ИВС, двое оказались здесь, потому что не приняли прописанные правила. Теперь пишут ходатайства, жалобы, пытаются бороться с системой. У обоих, к слову, семьи - жёны, дочери. У одного - 14-лет, у второго дочь недавно родилась.
- Ну а вы, - поворачивает председатель общественного совета Людмила Степанова к третьему «постояльцу», - за что здесь?
Пожилой мужчина не реагирует, спустив ноги с нар и опустив в седую голову, молча смотрит в пол.
- Да он у нас молчун. И ничего не помнит, - говорят соседи по камере.
- А я его помню, - садится рядом Людмила Фёдоровна. Однако разговорить того не получается. 65-летний мужчина упорно на все вопросы отвечает одно: «Не помню…».
Следующая камера отведена под женский состав нарушителей. Увидев общественников, одна из трёх женщин закрывает лицо руками. Неслучайно - это оказывается общая знакомая.
- Ой, простите, так получилось, - смущённо оправдывается.
Выясняется, что в ИВС попала за мелкое хулиганство - этим закончился скандал с соседями. Те, недолго думая и не оглядываясь на многолетнее знакомство, вызвали полицейский наряд. В нюансы углубляться не стала, рассказала, что лишь пели компанией, а соседям не понравилось. Призналась, что до сих пор в ужасе от итога:
- Теперь соседей не буду замечать, а уж связываться с ними подавно. Этих пяти суток на всю жизнь хватило, - прижимая руки к груди, клянётся дама.
Звучит убедительно. И на слово верится.
Её соседка - дама 48 лет. Правда, на вид можно дать и больше – глубокие морщины, седые волосы. В изолятор суд отправил за злостное уклонение от выплат алиментов. Изменит ли отношение к проблеме - вряд ли. На вопрос пожимает плечами - для этого нужна постоянная работа. Жить для себя проще…
Третья соседка по камере - молодая симпатичная женщина. Смотрит с улыбкой со второго этажа нар. В белогорском ИВС временно - перевели из благовещенского изолятора, там мест для женщин нет… От ответов, за что арестована, уклоняется: «Не важно, зачем это вам?».
Не настаиваем. Прощаемся.
В третьей камере своими делами занят гражданин КНР. Понимает несколько русских слов. Но дальше «здравствуйте» и «дом в Хэйхэ» дело не пошло. В камере на столе - привычные гостю из Поднебесной овощи и продукты. Узнаём: передают земляки, не забывают, не оставляют. Сколько пробудет в следственном изоляторе, неизвестно, всё решит суд, ведь задержан по серьёзному обвинению - за незаконную добычу золота.
Следующая камера и снова трое. На вопрос: «Как дела, есть жалобы?», жилистый мужчина лет сорока отвечает:
- Да здесь уже как дом родной, хорошие условия, как и отношение сотрудников, передачи. Кормят хорошо.
На вопрос, за что здесь? - пожимает расписанными наколками плечами и буднично отвечает: «Да, как обычно, нарушил правила надзора».
- Ну, а как дома летом сидеть, - сетует на жизнь и обстоятельства. И неожиданно шутит: «Зато теперь Белогорск от меня отдохнёт».
Рассказывает: в ИВС находится второй раз, опять же, за нарушение общественного порядка и правил надзора. Потянуло прогуляться среди ночи по городским улицам навеселе. А тут, как назло, наряд полиции.
- Вообще я родом из Тульской области, переехал сюда годовалым с родителями, - рассказывает о жизни сиделец. - Жили на «Горе»… Теперь ни семьи, ни близких. Была как-то женщина, да только её посадили, а когда освободилась, вышла. Узнала, что я не очень хорошо себя без неё вёл - и выгнала из дома.
- Гулял, что ли? - укоризненно спрашивает Людмила Степанова. - Что ж ты так?
- Да вот, - разводит руками. - Столько лет всё нормально было…
- Что теперь делать будешь?
- Пока не знаю. Но исправлюсь, - обещает он.
- Все вы так говорите, - вздыхает в ответ Людмила Фёдоровна.
- Да, знаю…
Третий сиделец, перехватив взгляд, сразу заявляет: я тут случайный пассажир.
- В таких местах с 2017 года не был, - делится. - А тут угораздило. Попался пьяным за рулём. И сегодня у меня день рождения. А я тут…
- Ну, наши поздравления, - говорит Людмила Степанова. - Но сам виноват.
- Виноват, грешен, - вздыхает тот в ответ. И сообщает: - В понедельник уже домой, в 10.30 часов…
Среди «постояльцев» следственного изолятора - ещё двое «административщиков». Также задержаны за нарушение Правил дорожного движения. Первый, молодой парнишка, - за вождение без прав.
- А что родители? - интересуется Людмила Фёдоровна.
- Мама по шее дала, - смущённо признаётся парень.
- И правильно, - одобрительно кивает председатель общественного совета. - А то вы рискуете своими жизнями, о других не думаете…
У второго арестанта, мужчины в возрасте, ситуация иная: пришёл пьяным домой, а рядом с подъездом машина стояла.
- И нет, чтобы домой идти, я за руль сел, - обрисовывает ситуацию он. - А тут, как специально, наряд ДПС. Выступать стал, отказался от медосвидетельствования… В общем, теперь тут. На 10 суток.
- Дома ждут?
- Ждут - супруга, дети, внуки…
На вопрос, как им условия, есть ли жалобы, в один голос говорят, что всё хорошо.
- На обед борщ вкусный был, - говорит молодой арестант. - Лежишь, спишь, отдыхаешь - словно в отпуске. Единственное - нет телевизоров. Но есть книги.
К слову, не все сидельцы, по их словам, могут позволить себе такое дома. Но всё же это жизнь, регламентированная строгим расписанием, когда себе не принадлежишь, когда нет возможности даже увидеть солнце. Через решётку и затёмненное окно практически ничего не видно. Железные двери, замки и засовы. Жёсткий запрет на телефоны. В остальном, и это общественники слышат всегда, условия в белогорском ИВС сидельцы называют лучшими по сравнению с другими изоляторами.
А ещё, выходя отсюда, многие дают зарок, что больше в эти камеры ни ногой. Вот только сдержать данное обещание силы воли хватает у единиц. Поэтому вряд ли изолятор временного содержания будет пустовать.
Елена Гладышева